Кодирование от рисков

6 августа 2010 года

Кризис вынудил банкиров усилить контроль над рисками, в том числе приобретать более эффективные решения по автоматизации риск-менеджмента. // Наталья Логвинова, Bankir.Ru

Однако «культура риска» на российском банковском рынке развита плохо, без ее укоренения на всех уровнях управления кредитных организаций даже самый совершенный софт бесполезен.

Кредитный «бум» давно прошел, а банки сейчас находятся в состоянии своеобразного «похмелья». После бурной вечеринки люди думают о том, что пора завязывать с выпивкой или даже кодироваться от алкоголизма. Банки же после «праздника» бессистемного кредитования задумались о более жестком контроле над рисками и поняли, что пора от них кодироваться, то есть совершенствовать автоматизацию риск-менеджмента.

Как считают эксперты, сейчас условием выживания банка является эффективное управление рисками, а оно сегодня не мыслится без соответствующих средств автоматизации. Безусловно, внимание к таким ИТ-решениям возросло, отмечает коммерческий директор продуктовой линии «финансово-хозяйственная деятельность» компании «Центр финансовых технологий» (ЦФТ) Людмила Соловьева. По ее мнению, ситуация на рынке такова, что многие риски, которые раньше были актуальны для кредитных организаций, сегодня обострились и стали критичны. Речь идет и о риске несбалансированной ликвидности, и о рыночных рисках, и об операционных рисках, и о наиболее опасном для банков - кредитном риске.

Только сейчас руководители кредитных организаций начали осознавать важность правильной оценки, отметила Людмила Соловьева. Не секрет, что до кризиса к риск-менеджерам руководители банков прислушивались неохотно. Вообще необходимость ограничивать риски воспринималась как обуза, зато сотрудники отделов кредитования, раздававшие ссуды ускоренными темпами, то есть направо и налево, получали премии и повышенные оклады.

Мало кто хотел обращать внимание на риски и тормозить рост оборотов кредитования в эпоху всеобщего кредитной «лихорадки». «Банки, в погоне за более высокой долей рынка, ослабляли требования риск-менеджмента, например, смягчали условия выдачи кредитов, - рассказывает Людмила Соловьева. - То же самое происходило и в отношении рыночных рисков: на активно растущем рынке можно было смело рисковать».

В принципе, тогда такая стратегия для банков срабатывала. Ведь зарабатывать на растущих рынках всегда просто, как и было до нынешнего кризиса. В таких условиях некоторым организациям с точки зрения регулирования рисков достаточно было средств контроля ликвидности и оперативного расчета ряда экономических нормативов, рассказывает вице-президент компании «Инверсия» Олег Кузьмин. Если же роста рынка нет, продолжает эксперт, то для устойчивой работы надо анализировать гораздо больше показателей, строить имитационные модели развития событий: «Что произойдет при росте невозврата кредитов на 5% по должникам определенной отрасли? Как изменятся показатели при изменении цен на определенные ценные бумаги?» Для решения таких задач используется либо расширенный функционал существующих автоматизированных банковских систем (АБС), либо специализированные решения.

Правда, крупные кредитные организации еще до кризиса начали уделять внимание контролю над рисками, тогда как более мелкие банки увлеклись расширением бизнеса в ущерб собственной безопасности. Крупнейшие российские и зарубежные финансовые организации давно обратились к риск-менеджменту, который стал неотъемлемой частью современной системы корпоративного управления, рассказывает ведущий менеджер по продажам финансовому сектору компании «Verysell Проекты» Елена Камаева. По ее мнению, способность финансовой организации эффективно управлять своими рисками является одним из решающих преимуществ в условиях возрастающей конкуренции на рынке.

Теперь кредитный «бум» позади. Кризис расставил все по местам и создал на банковском рынке совершенно новые условия работы и выживания. Естественным последствием кризиса стал выход риск-менеджмента на первый план. И если решения по этому направлению несколько лет назад интересовали только крупные банки, то сейчас такие вопросы задают буквально все, отмечает Олег Кузьмин.

Информация - это то, на чем основывается любое управленческое решение. Чем точнее и оперативнее данные, тем правильнее будет решение, считает эксперт. А если объемы информации велики, то либо нужны автоматизированные средства ее обработки, либо надо полагаться только на интуицию риск-менеджеров, заключает Олег Кузьмин. Здесь одними средствами типовых офисных приложений не обойтись, продолжает Людмила Соловьева. Теперь банки поняли это и совершенно по-новому начали относиться к риск-менджементу и обеспечению его технологической поддержки.

Поэтому специалисты ЦФТ ожидают активной реализации отложенного спроса на подобные решения. Людмила Соловьева, опираясь на свой опыт общения с руководителями кредитных организаций, делает вывод, что в последние два года банки активнее стали интересоваться программными продуктами для решения задач анализа и контроля отдельных видов рисков, в частности для контроля лимитов, управления ликвидностью и фондированием.

Вынужденный спрос

Понятно, что в кризис кредитные организации были вынуждены сократить все свои расходы, в том числе на ИТ-инфраструктуру. Несмотря на то, что риск-менеджмент – это важная для выживания банка система, ее развитие многим тоже пришлось отложить. Однако теперь, когда «буря» на финансовых рынках стихла, банки снова начинают «размораживать» все свои инфраструктурные проекты. Задачи по совершенствованию риск-менеджмента, в том числе с помощью повышения уровня автоматизации этого направления, уже переместились с хвоста рабочих списков банкиров на первые их позиции.

«Спрос на решения по рискам в этом году вырос по сравнению с 2009 годом, во многом благодаря тому, что в кризис большинство банков заморозили проекты по развитию информационных технологий», - рассказывает руководитель направления решений для финансовых институтов компании «Прогноз» Сергей Ивлиев. В этом году многие банкиры поняли, что эффективное управления рисками - это условие выживания. Более того, как заметил Сергей Ивлиев, о слабости риск-менеджмента сейчас говорят как об одной из основных причин текущего финансового кризиса.

А вот Людмила Соловьева видит иные причины роста спроса на автоматизацию в области управления банковскими рисками. По ее мнению этих факторов два. Во-первых, в российском банковском секторе предполагается завершение первого этапа внедрения Базель-II. Реализация положений документов Базельского комитета по банковскому надзору подталкивает кредитные организации к активному использованию методик риск-менеджмента, построению моделей оценки вероятности дефолта и прогнозированию потерь. С технологической точки зрения реализация этих требований означает инвестиции банков в хранилища данных, аналитические системы обработки информации и построения риск-моделей, поясняет Людмила Соловьева.

Второй фактор, по ее мнению, – кризис ликвидности. Как это ни парадоксально, но именно кризис ликвидности и неблагоприятная ситуация на рынке стали хорошим стимулом для нового развития автоматизированных систем управления рисками. «Как технологическая компания, работающая с большим количеством банков, мы сейчас видим изменения вектора требований банков к системам управления рисками», - рассказывает Людмила Соловьева. По ее наблюдениям, сегодня все чаще кредитные организации интересуются комплексным решением задач риск-менеджмента, а не просто возможностью регулирования кредитных рисков или управления ликвидностью в рамках профильных департаментов.

Более того, системы управления рисками на уровне всего финансового учреждения становятся неотъемлемой компонентой современного бизнеса. С помощью этих систем можно развить функции управления рисками от простого контроля отдельных позиций до фундаментального повышения стоимости финансового учреждения. Соответственно, усилия компаний-разработчиков сейчас направлены на создание корпоративных систем управления рисками, обеспечивающих рациональное использование ресурсов организации, поясняет Людмила Соловьева.

Например, в арсенале ЦФТ есть целая линейка бизнес-решений для целей финансово-экономического управления банком. Эти решения обеспечивают автоматизацию задач, связанных с управлением внутренними ресурсами банка. За счет тесной интеграции описанных систем, планирование и распределение ресурсов, учет и контроль доходов и затрат ведется в единой управленческой модели. Она, в свою очередь, позволяет руководству банка оперативно принимать оптимальные решения.

Тем не менее, не все эксперты столь оптимистично оценивают спрос на программные решения в области риск-менеджмента. «Рост интереса к системам управления рисками со стороны российских и крупных банков СНГ действительно есть, однако назвать его радикальным у нас недостаточно оснований, - отметил директор по маркетингу EGAR Technology Михаил Талантов. - Мы можем констатировать увеличение количества запросов на такие решения, но они не доминируют на фоне общего оживления банковского ИТ-рынка после кризиса». У российских кредитных организаций остаются недостаточно развитыми методы риск-менеджмента, реализуемые на уровне десков, например, средства контроля лимитов при торговле акциями и деривативами, лимитов кредитования, объясняет свою позицию Михаил Талантов. Потребности банков именно в этом блоке задач будут наиболее актуальными в ближайшее время, прогнозируют специалисты EGAR Technology.

Регламентный катализатор

Чтобы разобраться в хитросплетениях спроса на ПО банковского риск-менеджмента, нужно понять основные причины, которые толкают банки на приобретение этого софта. Елена Камаева считает, что таких факторов существует множество, но среди них можно выделить работу в быстро меняющейся бизнес-среде, которая характерна для кредитных организаций. Инновации и развитие новейших технологий приводят к необходимости принимать управленческие решения с учетом присущих им рисков, отмечает эксперт. Банки так же не избежали этой участи. Более того, банковское дело находятся в авангарде отраслей экономики, ориентированных на применение новейших технологий.

Внедрение системы управления рисками позволяет улучшить финансовое состояние организации и повысить эффективность ее операционной деятельности, напоминает Елена Камаева. Одним из формальных требований для получения высокого рейтинга, для банка в том числе, является наличие действующей системы управления рисками. Да и рост требований Центробанка РФ является наиболее сильным стимулом, заключает эксперт.

Сергей Ивлиев тоже уверен, что основным движущим фактором спроса на решения по риск-менеджменту, как и раньше, являются требования законодательства, которое регламентирует оценку рисков при формировании резервов и оценке достаточности капитала. Речь идёт о соответствии положениям Банка России 254-П, 313-П и д.р.

Регулятор поработал над тем, чтобы заставить своих подопечных усовершенствовать систему риск-менеджмента. «В последнее время Банк России выпустил ряд требований по анализу рисков в банковской деятельности, что вызвало рост интереса и развитие системы риск-менеджмента в кредитных организациях», - рассказывает начальник отдела отчётно-аналитических систем компании «ФОРС-Банковские Системы» Лариса Терешкова.

Однако, как часто это случается, инициатива Центробанка захлебнулась на полпути. «Банки научились соответствовать формальным критериям, - рассказывает Лариса Терешкова. - Но это не значит, что кредитные организации устойчивы, и их системы риск-менеджмента соответствуют западным стандартам». Регулятор не смог в итоге четко обозначить свою позицию перед банками, что лишило их внешнего стимула повышать качество управления рисками и полноценно развивать систему риск-менеджмента.

Когда началось внедрение Базель-II, вышло разъяснение ЦБ, что в России будет использован базовый индикативный подход, объясняет Лариса Терешкова. Коэффициенты для расчета норматива достаточности капитала определяются жестко, операционный риск считается по коэффициенту от валовой прибыли. Вышедшие на данный момент изменения в расчете нормативов (2324-У) оправдывают эти схемы, считает эксперт. Но ЦБ не обозначил свою позицию по поводу того, что после внедрения базового подхода он начнет акцептовывать внутренние рейтинговые систем, уточняет Лариса Терешкова. Поэтому, по ее мнению, развивать системы банковского риск-менеджмента нет смысла, так как неизвестно по какому пути пойдет регулятор: будут ли акцептованы более сложные подходы Базель-II, либо принят другой стандарт расчета.

Однако отсутствие внешних факторов, принуждающих банки покупать новое ПО и совершенствовать систему управления рисками, компенсируется внутренними потребностями. Их можно четко оценить, если обратить внимание на роль риск-менеджмента в отдельных бизнесах банка. «Не претендуя на полноту картины для всего рынка, мы можем говорить о росте интереса к решениям в области управления кредитным риском и рисками на финансовых рынках, связанными с трейдингом», - рассказывает Михаил Талантов.

Как пояснил эксперт, в первом случае речь обычно идет об управлении кредитным риском на уровне контрагента и кредитного портфеля. Такие проекты часто носят комплексный, долгосрочный характер и опираются на требования Базельского комитета по банковскому надзору, изложенные в Базель-II. Что касается рисков трейдинга, то чаще других с помощью программных продуктов решаются три задачи. Во-первых, с помощью ПО ведется и контролируется в режиме реального времени позиция банка по всем рынкам и инструментам. Во-вторых, автоматизируется расчет прибыли и убытков, различных рисковых показателей и лимитов. В-третьих, специализированные решения помогают контролировать внедрения аналитических инструментов для оперативного принятия управленческих решений.

Системные особенности

Получается, что банки, приобретая решения по управлению рисками, могут преследовать самые разные цели: от глобального соответствия требованиям регулятора до усовершенствования каких-то отдельных направлений бизнеса. Из-за этого спрос на решения по риск-менеджменту неоднороден. «Структура спроса соответствует размеру активов, характеру бизнес-операций, а также активности на рынке ценных бумаг, - объясняет Сергей Ивлиев. - Крупные универсальные банки, как правило, заинтересованы в автоматизации всех видов финансовых рисков на основе построения внутренних моделей риска. Небольшие кредитные организации, в основном, ориентируются только на требования Банка России».

Классы систем для риск-менеджмента:

1

ERM (Enterprise Risk Management) системы для управления операционными и финансовыми рисками;

2

Системы для управления финансовыми рисками (кредитным, рыночным и риском ликвидности), построенные на основе хранилищ данных;

3

Системы для управления лимитами и рыночным риском при операциях на рынках капитала;

4

Системы управления рисками на этапе принятия решения при выдаче кредита (decision engine).

Источник: компания «Неофлекс».

Что касается структурных особенностей продуктов по автоматизации риск-менеджмента, наиболее востребованных у банков, то, по наблюдениям руководителя направления «Рынки капитала» компании «Неофлекс» Михаила Аммосова, сейчас устойчивым спросом пользуется (второй класс систем) системы риск-менеджмента на основе хранилищ данных. Такие системы позволяют интегрировать информацию об операциях всего банка (корпоративный, ритейл и инвестиционные бизнесы), вычислять количественное выражения кредитных, рыночных и рисков ликвидности, проводить стресс- и бэк-тестирование. Также эти системы позволяют проводить расчет достаточности капитала согласно рекомендациям Базель-II. Подобные системы получили значительное распространение среди российских банков, так как они наиболее полно удовлетворяют функциональные потребности подразделений риск-менеджмента, объясняет Михаил Аммосов.

Вместе с тем, отмечает эксперт, описанные системы обладают очевидным недостатком – они вычисляют финансовые риски уже после совершения сделки (выдачи кредита, покупки финансовых инструментов) – post trade control, когда сделку, которая привела к слишком большим рискам (превышению установленного лимита) не всегда можно отменить. Поэтому для динамичного инвестиционного бизнеса используются системы третьего класса предназначенные для управления лимитами и рыночным риском.

Такие системы позволяют управлять лимитами и вычислять риски в режиме реального времени. Многие из них предоставляют возможность проверять допустимость совершения операции на этапе ввода торговой заявки или в режиме имитации, чтобы трейдер смог проконтролировать лимиты еще до момента заключения сделки (pre-trade control). Михаил Аммосов считает, что в ближайшем будущем многие банки будут внедрять системы третьего класса.

Кроме того, именно эти системы могут в режиме реального времени переоценивать обеспечение, которые банк получил от контрагента при выдаче кредита или при заключении сделки с производными инструментами, а также выставить требование (margin call) о дополнительном обеспечении, если его рыночная стоимость уже не покрывает текущий кредитный риск на контрагента.

К совершенно другому типу систем относятся так называемые системы класса Decision Engines, рассказывает Михаил Аммосов. Они используется при организации кредитного конвейера и автоматизации принятия решения в соответствии с политикой управления кредитными рисками банка. Такие решения позволяют сотрудникам бизнес-подразделений, например, риск-менеджмента, оперативно менять правила предоставления кредита и определения кредитного лимита с минимальным привлечением ИТ-подразделения банка. Это позволяет быстро реагировать на изменение рыночной ситуации, например, оперативно выводить на рынок актуальные кредитные продукты.

Еще один популярный продукт, который применяется для автоматизации процессов риск-менеджмента - системы управления ресурсами предприятия (ERP). По словам Елены Камаевой, как правило, такие глобальные решения принимаются при выводе компании на совершенно новый уровень, например, при подготовке к IPO, в целях повышения прозрачности и управляемости бизнес-процессов. Современные же системы электронного документооборота позволяют организовать сбор и хранение информации на всех этапах работы риск-менеджмента, создавать и регулировать необходимые информационные потоки, добавляет Елена Камаева.

По ее наблюдениям, популярностью у банков пользуются автоматизированные системы управления рисками (операционными, финансовыми и т.д.), имеющие блочную структуру и позволяющие наращивать решения по мере необходимости. Система представляет собой полностью интегрированное, стандартное решение для проактивного управления рисками финансовой организации в соответствии с требованиями российских и международных стандартов, а также регулирующих органов. Однако, как напоминает эксперт, все же важным в развитии рынка решений по автоматизации риск-менеджмента в банках является то, что началось внедрение комплексных информационных систем риск-менеджмента. Они пользуются все большим спросом у российских кредитных организаций.

Соперничество кодов

Несмотря на развитый спрос, конкуренция на рынке решений по автоматизации риск-менеджмента оживленная. На рынке активно работает множество российских и западных фирм-разработчиков, рассказывает Сергей Ивлиев. Но, что интересно, по наблюдениям эксперта, основным конкурентом для вендоров является собственная внутрибанковская разработка. Причина в том, что риск-подразделения с точки зрения распределения бюджета относятся к центрам затрат, поясняет Сергей Ивлиев. Поэтому часто в силу определенных ограничений банки вынуждены сами автоматизировать свою деятельность. То есть весь потенциал по продаже решений по управлению рисками все равно пока исчерпать невозможно.

Еще один фактор, ослабляющий конкуренцию на рынке, - для каждого типа систем существует не больше пяти, а то и трех мировых лидеров, отмечает Михаил Аммосов. Другое дело, что внедрение системы риск-менеджмента от мировых лидеров - достаточно дорогое удовольствие, к тому же это, безусловно, сложные проекты, добавляет эксперт. Поэтому, по оценке Михаила Аммосова, сегодня такие проекты в основном ведут крупные банки, входящие в ТОП-50.

Однако приобретение продукта от мировых лидеров не является единственным выходом для российских банков. «Бытует мнение, что поскольку направление управления рисками пришло к нам с Запада, то, соответственно, зарубежные системы видятся наиболее совершенными и комплексными, но это не всегда так, - считает Людмила Соловьева.- Инструменты риск-менеджмента, принятые и широко используемыми на Западе, не всегда являются адекватным решением для российского бизнеса. Качество отечественных программных продуктов для автоматизации управления рисками банка сейчас высоко». Главное преимущество российских систем – локализация под отечественный рынок, требования и методологию ЦБ РФ.

Кроме того, банку, купившему решение по автоматизации риск-менеджмента, все равно придется в дальнейшем сотрудничать с продавцом ПО. Этот факт тоже оказывает заметное влияние на конкуренцию на рынке банковского софта и играет на руку отечественным разработчикам. «Так как не всегда есть возможность использовать готовые западные решения, то в России дальнейшее развитие разработки соответствующего ПО лежит в плоскости выстраивания устойчивых связей между банкирами и IT-компаниями, - рассказывает Елена Камаева. - Да и системы в силу своей специфики не могут охватывать все задачи методологии риск-менеджмента».

Например, программные продукты от одной компании являются самым распространенным в российских банках инструментом финансовых аналитиков. А в решениях другого разработчика присутствует развитая система хранения и управления данными. Задачи оперативного управления и частично мониторинга вполне обеспечиваются этой системой, но состав финансовых инструментов далеко неполный. Еще один игрок рынка с его хранилищами данных успешно решает задачи по оценке риска ликвидности, GAP-анализа процентного риска, подготовке отчетов о структуре портфелей финансовых инструментов и оперативному анализу реестров операций. Поэтому говорить о жесткой конкуренции в этом секторе не приходится, считает Елена Камаева. Ведь с одной стороны есть заказчики, испытывающие потребность в продуктах автоматизации риск-менеджмента, готовые выделять достаточные бюджеты, с другой — существует значительное количество игроков на рынке, способных удовлетворять этот спрос.

Рост на понимании

У рынка решений по управлению банковскими рисками хорошие перспективы развития, во многом укрепленные кризисом. Повышенное внимание банковских риск-менеджеров к вопросам управления рисками — позитивный фактор для финансового сектора в целом, считает Людмила Соловьева. Она прогнозирует, что новый виток развития банковского бизнеса будет более осторожным и осмысленным, поэтому поставит перед риск-менеджерами новые задачи, которые потребуют дальнейшего совершенствования практики управления рисками и новых средств автоматизации. Нынешняя ситуация дает достаточно возможностей для того, чтобы внести корректировки в сложившуюся российскую систему риск-менеджмента и еще более развить сектор автоматизации управления рисками. Практика управления разного рода рисками будет улучшена, а, следовательно, сформируется хороший базис для работы банков в условиях «новой стабильности», подытоживает Людмила Соловьева.

Развитие рынка решений по автоматизации риск-менеджмента подстегивает государственная политика и позиция Центробанка. «В ближайшие несколько лет банковское законодательство в части регулирования будет всё больше приближаться к международным стандартам», - прогнозирует Сергей Ивлиев. Ключевым моментом, по его мнению, здесь является возможность использования внутренних моделей риска и так называемых продвинутых (advanced) подходов для оценки требований к капиталу банков. Это будет значимым стимулом для совершенствования систем риск-менеджмента.

Пока в ряде кредитных организаций совершенствование системы риск-менеджмента проводится в основном для того, чтобы соответствовать требованиям регулятора. Многие банки до сих пор формально относятся к оценке рисков, делая акцент лишь на отчетных показателях, контролируемых Банком России, отмечает Елена Камаева. По ее мнению сохраняющаяся напряженность в банковской сфере лишний раз свидетельствует о том, что инструменты управления рисками в нашей стране развиты недостаточно.

Интересно, что даже прогнозируемое и поддерживаемое властями сокращение количества кредитных организаций в России не пугает разработчиков. По мнению Елены Камаевой, это явление не имеет отношения к изменению спроса на рынке автоматизации риск-менеджмента. Например, замена одного автомобиля на другой не освобождает владельца от оплаты бензина и прохождения техосмотра. Так что сокращение количества российских банков может просто уменьшить общее количество пользователей этих продуктов, продолжает Олег Кузьмин, но потребности в них останутся. Более того, на сузившемся рынке может возрасти конкуренция среди банков, а решения в области автоматизации риск-менеджмента помогут выбрать правильную стратегию развития, заключает эксперт.

Но никакого заметного роста рынка не произойдет, считает Елена Камаева, если российские банкиры не придут к пониманию нужности и важности построения комплексной системы управления рисками на основе продуманной ИТ-архитектуры. По идее, на банковском рынке сейчас есть все условия для того, чтобы это понимание пришло. Однако существует один факт, который может со временем свести на нет торговлю софтом по управлению рисками – это неэффективное его применение потребителями, то есть самими банками. «Следует понимать, что без укоренения «культуры риска» на всех управленческих уровнях даже самый совершенный программный инструмент не будет эффективен», - заключает Елена Камаева.

Основные игроки рынка автоматизации риск-менеджмента:

·                                  

Поставщики ERM систем –Algorithmics, Oracle, SAS Institute

·                                  

Поставщики систем управления финансовыми рисками (post-trade) –Kamakura, Fermat (часть Moody’s), FRS Global

·                                  

Поставщики систем управления финансовыми рисками (pre-trade) – Calypso, Murex, Thomson Reuters

·                                  

Поставщики систем автоматизации принятия решений – FICO, Experian, CRIF

Источник: компания «Неофлекс».

Bankir.Ru - «Кодирование от рисков»


Bankir.Ru, август 2010